В 1988 году на олимпиаде в Сеуле, Рэй Мерсер (36-7-1, 26 КО) завоевал золотую медаль в тяжелом весе победив всех соперников досрочно. После перехода в профессионалы, выиграл звание чемпиона федерации WBO, а во время своей долгой карьеры пересекал перчатки с лучшими бойцами того времени. Ниже мы представляем самые интересные воспоминания на сегодня 57-летнего боксера из Флориды, из его многочисленных ринговых сражений.
— Наиболее сильно бьющий соперник, с которым ты сражался?
Рэй Мерсер: Это Леннокс Льюис. Боксировал со многими сильными боксерами, но к счастью у меня крепкая челюсть. Безусловно, больше всего из них всех поразил Льюис. Берт Купер тоже мог «пробить». Удары Льюиса были однако точными и имели свою силу. Я провел с ним десять тяжелых раундов (Льюис победил по очкам — прим. ред.), и я помню, что прекрасно бил левой рукой, а его правый был мощным. Несмотря на это выдержал его лучшие удары и причинил больше боль, чем он мне. И сегодня говорю, что это я должен тогда быть объявлен победителем.
— Самая тяжелый бой, который у тебя был?
РМ: Это было 12 раундов с Бертом Купером в августе 1990 года, завершенный моей единогласной победой по очкам. У меня руки тогда опускались (смеется)! Он атаковал весь бой. Все время шел вперед и все время наша битва была заполнена действием. Я помню, что провел спустя два дня в больнице! Ужасно рассёк мне губу и кроме того я был крайне обезвожен и истощен. Наверное, никогда никто из нас не провёл лучше боя. Я встретил его тогда в той же больнице и вместе мы ждали, пока нам наложат швы. Сегодня чрезвычайно его уважаю.
— Самая прекрасная ночь в карьере?
РМ: Завоевание титула чемпиона мира федерации WBO в январе 1991 года, когда нокаутировал в 9-м раунде Франческо Дамиани. Во время этого боя я возвращался в свой угол на перерыв и думал, что проигрываю. Удивил меня, потому что не выглядел на того, кто умеет боксировать, а здесь он двигался довольно неплохо и у него была хорошая техника. Я знал, однако, что в конце концов попаду в него. Удар, которым я его нокаутировал, специально отрабатывал на тренировках, это был левый хук. Сломавший ему нос.
— Худшая ночь в карьере?
РМ: Никогда не должен был сражаться с Ларри Холмсом. Но встретился с ним в 1992 году и проиграл по очкам. Мне тогда предстояло боксировать с Майклом Мурером, но что-то не получилось и мой промоутер нашел Холмса в замену. Все думали, что его легко нокаутировать. Обычно однако происходит так, что когда ты в чем-то уверен, то всегда что-то пойдет не так. Ну, Холмс нашел дыры в моей защите, переиграл меня и одержал победу.
— Когда ты был в худшей форме?
РМ: Во время стычки с Владимиром Кличко в июне 2002 года, я был совершенно не готов. Я должен был тогда больше тренироваться. Вообще не занимался с весами, ни в тренажерном зале и понятия не имел, что он такой сильный. Мой план предусматривал, что буду защищаться от него, но это вообще не сработало. Конечно не было так тяжело, как во время боев с Томми Моррисона, или Бертом Купером, но Кличко попал мне в висок. Никто раньше меня так не пробивал и было чувствительно после боя.
— Самые трудные моменты после выхода на пенсию?
РМ: Наверное то, что я уже больше не в центре внимания и не зарабатываю таких больших денег. По-прежнему хочу драться и трудно сказать – нет. Представьте себе, что даже сейчас звонят мне и уговаривают на поединок, но твердо отказываюсь. Мне ведь уже 57 лет (смеется)! Тем не менее у меня есть жажда сражаться и поэтому я боксировал так долго, как только мог, сильно за сорок. Быть может потому, что я никогда не получал уважения на которое несомненно заслуживал и постоянно хотел что-то доказать.